Ирина Муравьева плела интриги в Даугавпилсе

Ирина Муравьева плела интриги в Даугавпилсе15 сентября 2010 года в роли жены-интриганки на сцене Даугавпилсского театра блистала неподражаемая Ирина Муравьева. Старый добрый водевиль в постановке режиссера Леонида Эйдлина (мужа актрисы) принимался зрителем тепло, несмотря на кажущуюся простоту и наивность сюжета. Но ведь на то он и водевиль, где «музыка, песни, интриги и танцы»!

И как же хорошо, что этот некогда столь популярный жанр театрального искусства, прародитель современной эстрады, дошел до нас не испорченный временем. В водевиле «Жена-интриганка, или Актеры меж собой», кроме Ирины Муравьевой, исполнительницы роли Полины, зрители увидели актеров Юльена Балмусова, Михаила Васькова и Бориса Шувалова. Вот эта талантливая московская компания и разыграла на даугавпилсской сцене старинный водевиль на новый лад. Сюжетная фишка в том, что двое друзей-актеров, холостяков по убеждению – Фома Швыдкой и Терентий Бельведерский – узнают, что их третий друг, актер Журавлев, женился. «А раньше, если муж в театре работал, то и жену туда брали. Испугались актеры, что в театре может появиться никудышняя актриса, и решили ее проучить, разыграть, чтобы Журавлеву стало ясно: для театра его жена не годится. А вот чем все закончилось, вы узнаете, когда спектакль посмотрите», – сказала с улыбкой перед его началом народная артистка России Ирина Муравьева.

Высший актерский пилотаж

И вот уж гаснет свет, вступает в свои права театральное действо. Актеры сыпят колкими шутками со сцены, осуждая выбор своего друга: «С ярославским-то оканьем в Офелии да в Корнелии!» А Журавлев упорствует: «Я влюблен в Полинушку, без которой сиротинушка, а с нею – исполин». –  «Да как же тебя угораздило жениться? Ты больше не мужчина, а супруг. Женатый актер – ненадежный, холостяк любит театр, а женатый – жену», – поучают его друзья. «Но у Полинушки есть страсть и способности к театру», – отстаивает Журавлев свой выбор.

Однако, как бы ни выплясывали, ни пели и ни шутили заезжие комедианты, публика с нетерпением ждала появления Ирины Муравьевой, выход которой был встречен аплодисментами. Градус спектакля сразу повысился. Героиня Муравьевой умеет угодить мужу, она вовсе не простушка: узнав о том, что задумали актеры, сама делает шаг навстречу их уже не тайному для нее плану. Это с ее подачи закручивается интрига. Для обманного спектакля жизни тоже следует переодеться. В результате Швыдкой предстает совершенно в несуразном образе, этаким «самоваром в колготках». Если верхняя часть его одежды намекает на римского императора с пальмовой ветвью вокруг лба, то нижняя «навевает» испанские мотивы, которые завершают туфли с острыми загибающимися кверху носами. Бельведерский же, не отступая от своей роли героя-любовника, облачился в наряд Ромео. Оба хотят посмеяться над Полиной, но в итоге остаются одураченными сами: Бельведерского Полина очаровывает княжеским титулом и возможностью жениться на ней, представ в образе богатой вдовы «с холдингами».

Видели бы вы, как Полина и Терентий перебрасывались воздушными поцелуями – высший актерский пилотаж! А Швыдкого интриганка завлекла в свои сети пышнотелостью простоватой служанки княгини, она же Полина. «Не смотри, что дикая, на людях я тихая», – объясняла служанка свой норов.

Но все когда-нибудь кончается. Неприятно было осознать друзьям-актерам, что над ними подшутила женщина, к тому же не актриса. Но ведь подшутила по-доброму, Муравьева иначе не умеет, не может, ее героини тоже.

Даугавпилсскую сцену Ирина Вадимовна покидала под рукоплескания зрительного зала, цветов во время всеобщей экономии было немного, но они были. А я уходила и думала: нет, спектакль все же не про театр, он про нас – мы все «актеры меж собой», и тут уж кто кого переиграет…

Всенародно любимая

Обычно Муравьева закрыта для прессы и телевидения. Для нее естественны скромность, уход от толпы. Автографы раздает, но без нарочитой помпезности.

Родители Ирины Муравьевой познакомились на войне. Вадим Сергеевич освободил из фашистского плена белорусскую девушку Лиду. После войны оба стали жить в Москве, поженились, а в 1949-м у них родилась дочка Ирина. Воспитывали ее в строгости, росла Ирина послушным домашним ребенком. Актриса вспоминает: «Порядок и чистота в доме были идеальные, мы с сестрой всегда были очень красиво одеты – мама шила для нас. Учились хорошо, нас ругали даже за четверки. Уроки заканчивались в час пятнадцать, а в половине второго  я уже должна была сидеть за столом с вымытыми руками (школа находилась рядом с домом) – мы все вместе обедали. Зимой мама водила нас на каток в Лужники. Мы с сестрой ехали по ледяной дорожке, а мама бежала рядом по сугробам и отгоняла от нас мальчишек. Глаз у нее был зоркий…»

На вопрос «А что, если бы актрисой не стали?» Ирина Вадимовна отвечает: «Вдалеке от театра я была бы несчастным человеком». Ее первая попытка в 1966 году поступить в театральное училище закончилась неудачно.

Но в следующем году Ирина поступила в драматическую студию при Центральном детском театре, где отзанималась три года. В 1970-м ее приняли в труппу Центрального детского театра, на сцене которого Муравьева дебютировала в роли мальчика Феди в спектакле по пьесе Михалкова. Потом были разноплановые роли: Любка Шевцова («Молодая гвардия» А. Фадеева), Виола («Двенадцатая ночь» У. Шекспира), Ворона («Снежная королева» Е. Шварца) и др.  В 1973 году мужем Муравьевой стал режиссер ЦДТ Леонид Эйдлин. Родились двое сыновей – Даниил и Евгений.

Ее первая большая работа в кино – роль Сюзанны в детективе «Чисто английское убийство» (1974).  В 1977-м Муравьева перешла в театр им. Моссовета, проработав здесь до 1991 года. Параллельно училась в Институте театрального искусства им. Луначарского.

Когда В. Меньшов пригласил актрису на роль Людмилы в картину «Москва слезам не верит», Муравьева засомневалась. Ее героиня, стремящаяся получить все и сразу, не понравилась – сама Ирина такой никогда не была. Посмотрела картину и ужаснулась: «Все, что мне было противно в жизни, все вылезло на экран: моя героиня получилась назойливая, вульгарная». Кто тогда мог предположить, что эту мелодраму ждет ошеломляющий успех и престижный приз американской киноакадемии «Оскар» за лучший иностранный фильм. Посыпались предложения от режиссеров. Такой знакомой, живой и непосредственной предстала ее Нина Соломатина во всенародно любимой комедии «Карнавал».

Не меньший успех принесла роль Нади Клюевой в мелодраме «Самая обаятельная и привлекательная». Но сама Муравьева отчего-то стеснялась сниматься в этой картине. Стеснялась даже самого названия, потому что «самой обаятельной и привлекательной» себя никогда не считала.

Хвалу и клевету приемлет равнодушно

В 1993 году Ирина Муравьева стала актрисой Малого театра, на сцене которого наиболее полно раскрылся ее драматический талант. Оказалось, что ей одинаково доступны и лиризм, и комедия, и острая характерность, вплоть до гротеска. Муравьева – это яркий темперамент, фантазия. Она умеет радоваться жизни и способна к остроумной шутке.  Муравьева самодостаточна. Чем тяжелее были ситуации, тем больше сил она находила, чтобы противостоять. Когда не складывалось в театре Моссовета ввиду того, что ей стали предлагать неинтересные, серые роли, сказала как отрезала: «Вы режиссер не моего таланта», – и ушла.

Ирина Муравьева религиозна, верующей была всегда. «Меня еще в детстве крестили, сразу после войны. Когда мой папа уходил на фронт, бабушка в подкладку гимнастерки вшила молитву "Живые помощи" (ее читают при бедствии и нападении врагов). Папа вернулся с войны без единого ранения! Бабушкина молитва его сохранила. Когда я в театральный поступала, тоже молилась». На вопрос, как сочетаются вера и актерство, отвечает: «В древности были запрещены скоморохи, которые высмеивали, "кривляли" Божьи создания. Но сейчас мы играем по-другому. Я борюсь и с пороками, и с честолюбием. Пока меня благословили работать, я работаю». Продолжая оставаться актрисой Малого театра, в кино Муравьева снимается редко, только если считает, что роль ей интересна. В 2003 году сыграла у мужа в картине «Спас под березами», создав образ прихожанки Тимофеевны. В недавнем фильме о Муравьевой актриса признается: «Мне самое главное – не увидеть ни одних глаз в зрительном зале, потому что остро чувствую реакцию, которая может быть разной». Родных просит не приходить на премьеры.
 
«Хвалу и клевету» умудренная жизненным опытом Муравьева, по ее же словам, «приемлет равнодушно». И добавляет: «Никогда не было, чтобы меня кто-то хвалил дома. Все как-то само собой выходило. Все успехи…» Режиссеры, которым довелось с ней работать, отмечают, что Муравьева предельно неконфликтна, у нее богатые актерские интонации и абсолютный слух. Однажды Михаил Горбачев предложил Ирине Муравьевой вместе с ним спеть на концерте. И они спели «Как много девушек хороших…» Хорошо спели, душевно.

Автор: Жанна ЧАЙКИНА